вторник, 31 июля 2018 г.

Дума о двенадцати Волхвах




ЭПИГРАФ

Не ради ветренной забавы
Я быль хочу сию начать
Не ставля цели поучать
А только лишь чуть-чуть направить
Хочу внимающего я
В то русло, где он сам познает
И откровением узнает
Глубинный смысл в тишине
Внутри себя, а не вовне
С открытым сердцем, ясно-чистым
Привев в порядок свои мысли
Суть разглядит он между строк
Небесной силы примет ток
Иносказания все эти -
То откровения есть, ответы
Для понимающего толк
И мимолетным озарением
Иль призрачным во сне видением
Придет осознаванье, свет
Что наполняет сей сюжет
Перечитавши повесть эту
Читатель добрый дорогой
Надеюсь, ты найдешь ответы
И оценишь труд скромный мой!
***

ДУМА

1.
Рокочет песнь, гусли гудят, и в пляс пошли персты
Я думу сочинил для вас, для вас ее родил

И птицей быстрою над морем мысль моя летит
И над Царь-Градом славным стольным, вольная, кружит

Воды немало утекло с поры, егда́* в Царь-Град
Пришел из дальних стран вещунский волховской отряд
 * Егда – старослов. когда

И что за невидаль, к воротам шли в одежах белых
Двенадцать старцев. Свет как будто озарял их тело

Тогда туман над градом был. И мгла прикрыла веки
Но только старцы показались - лучики, как реки

С небес пронизывая свод текли всё дуже, дуже
И скоро свет рассеял мглу и высушил все лужи

А лики старцев осветились. Бороды, морщины
И мудрые глаза, в которых горные вершины

И с каждым шагом волховским светлее становилось
На ту процессию зеваки с города сходились

Завидев их, царь в думу впал, и начал был кружится
Метаться по углам, и кулаком в грудину биться

Но совладавши со собой, пошел встречать отряд
Умылся и надел самый красивый свой наряд

Ворота отворились. В град вошли волхвы, сияя
И замолчал весь люд внезапно, стихла псина злая

С кошелок, покрошивши мелко, взяли хлеб они
Рассыпали неспешно крох в четыре стороны,

И нашептавши что-то, улыбнувшись, стали в круг
Повисла тишина немая в воздухе вокруг

От круга отделившись, вышел к люду главный волхв
Вокруг в толпе то там, то тут народ вдруг затрясло

В припадке вынесли калику. Сразу вслед –  купца
Как прокаженные они кричали словеса

Что, мол, несчастье к нам пришло, и время сочтено
И надобно прогнать волхвов, что так предрешено

Взмахнул рукой великий жрец, и все затихли вмиг
«Аз* слово молвить к вам пришел, и благо принести
 * Аз – старослов. я, показывает связь Человека с Душой

Далек тот час, когда изгоем выгнали от вас
И моих братьев велимудрых, ох, далек тот час

Мы странниками были. Мы бродили тут и там
Голодные, замерзшие, но с верой в дар, что дан

Нам свыше был. Могли мы людям верно помогать
В часы недуга или скорби души исцелять»

«Молчи же, черт!», «Ты нам беда!» –  послышалось с толпы
Волхв посмотрел лишь - стихли все, и стали вдруг немы

«Мы кров искали – продолжал свою речь старец вновь –
И нас Бог вел, нас приютили там, где есть любовь

И описали добры люди страны дивны нам
Где можно встретить зверей чудных – тигров, обезьян

И где есть по легендам край, где мудрость мировая
И Истина чиста, едина ярко там сияет

Целители и мудрецы туда все держат путь
В горы Имай*, страну Индэ**, в прекрасну Шамбалу"
 *Горы Имай – старослов. название Гималаев
** Индэ – старослов. далекая страна, Индия

Послышались колокола. И от царских покоев
Носилки пышны отделились.  Появились вскоре

На площади, где в тесноте стояли все кругом
Люд на колени пал пред ними, бив оземь челом

Носильщики шатер спустили, ставши аки вежи
С-под шелковой завесы вышел царь в пышных одежах

Спокойный весь, но на лице подергивало глаз
Да головой крутил нервозно, быстро повсякчас

«Добры гости, добры люди – царь поклон отбил –   
Здравы будьте, в нашем граде мы вас приютим

Чувствуйте себя как дома! Живо, повара!
Наготовьте, накормите гостей досыта!

Ну а после проведите в царские покои
Чтобы гости дорогие отпочили вскоре»
«Что ты, брось царь мудрый добрый – ста́рец отвечал –
Не нужны ани покои, ани явства нам

Мы пришли, прекрасный царь, чтобы правду несть
Так пророчество судило, нам большая честь

Во Царь-Град родной вернуться через столько лет
Радость принесли с собой мы,  доброй вести свет»

«Что ж за правда то такая? –  вопрошает царь
Голосом дрожащим – что за весть  к нам всем пришла?»

«А та правда, славный царь, что уж вышел срок
Егда вожжи государства ты держать бы мог

Егда люди думают «Ну, а что же нам?
Мы царя все выбирали, пусть решает сам»

Отпочить тебе пора. Выйти на покой
В этом радость, что несем мы за спиной с собой

Ныне время наступает ца́ря в голове
Ныне солнышко сияет в каждом из людей

И сплотившись, породнившись, с Богом став одним
Каждый будет мир любить, и сам будет любим

Будут люди храм из духа строить сообща
Будут все во благо делать, все творить любя

И тогда пред ними солнце отобьет поклон
И Природа станет с ними биться в униссон

Но для этого, родные, нам  пора понять –
Отделились мы от Бога, эту мысль принять

Сами думами своими строим стену так –
Не проникнет Божий свет сквозь толщу через мрак

И самый страшный страх и гнев поднимется в груди
Что Бог не прав, накажет нас, и кара впереди

Так вас учили. Так вас учат. Знайте –  это ложь!
Вы сами, а не Бог себе творите только дрожь,

Страдания и боль. Бог это видит через вас
И чувствует. И сострадает. Любит каждый час

И каждый стон ваш, каждый вздох –  он слышен из небес
О сколько же рубцов поверх Божественных телес!

Бог плачет, егда дети Бога во всем всех винят
Они одни судьи другим, они одни хотят

Себе все блага. Просят Бога, молятся навзрыд
И гневаются, что все блага только у других

Но что есть благо? Разве злата это цельный пуд?
Иль благо честным быть, когда вокруг всегда все врут?

Егда вокруг берут все только, щедро всем давать
Егда вокруг разлилась мудрость –  мудрость набирать?

Но высочайше благо - Богу быть проводником
Очами видеть для Него, ушами слышать, ртом

Глаголить Его волю. Разве это из всех благ
Не самое прекрасное, не в этом ль красота?

Когда поймете, что мы все от Бога отошли
Что нам не нужно всем идти. Мы все уже пришли

Мы все прекрасны, совершенны, дети мы Богов
И здесь мы можем как на небесах жить без оков

Тогда начнется ново время. Новый круг для нас
И час любви вокруг настанет. Совершенства час

И улучшаться будем мы, убрав все костыли
И смело сбросим кандалы, что сами создали́

Они не из металлов самых тяжких на Земле
Они –  из убеждений наших, с мыслей наших всех

Легко не будет. Ведь оману трудно отпустить
И чрез туман и морок правду внутрь себя впустить

А истина страшна бывает. Многие из нас
Надеть желают пелену на очи каждый раз

Лучше не видеть. Жить спокойно, тихо в стороне
Ведь с глаз долой –  из сердца вон. Так учат ведь вас всех?

Вы все любимы Богом. Все особенно ценны
Вы любящие Его дети, щедры и добры

Мы путь сумеем показать тем ищущим, кто внял
Нашим словам. Но помните –  пройдет путь каждый сам!»

Что начало́сь! Царь побледнел, в буйство народ пришел
«Спалить их, юродов! Да на кол!» Громкий гул пошел
  
Серпы и вилы враз сверкнули в яркости лучей
Звериный рык стал слышен помеж вроде как людей

С грустью волхвы вокруг смотрели, как безумный люд
Их окружил с гневливой злобой, как они орут

«Родные, кто желает, хочет мудрость всю познать
И с Богом целостно в любови вновь единым стать

То айда с нами!» Выкрикнул внезапно старший волхв
С толпы бегом к ним прибежали девять пареньков

Обнявши их и спрятавши под бороды седы
Моргнули старцы – и исчезли. Также все следы

Пропали. Ка́ко не бывало в Царь-Граде волхвов
Как вкопанный народ в смятеньи долго был немой

Но поутихла злоба. Посветлела голова
И бороды почухав, разбрелись все по домам
  
2.
Дума льется, дрожат струны, стали строки в ряд
Буквы меж собою дружат, создавая лад

Полетим за мыслью вслед мы в царски хорома
И в кручине мы застанем томного царя

Знал пророчество он ясно, как никто другой
Знал пророчества он строки наизусть давно

Оно гласило: «Егда Яр в златистой колеснице
Дая священно теплоту и свет своей десницей

Проедет по небу и сядет ровно тыщу раз
От той поры, как Управитель власть возьмет, в тот час

Придут двеннадцать странников. И станет вкруг светло.
Как ниоткуда средь зимы появится тепло

И принесут с собой они бурливость перемен
И возвестят начало дивных, но иных времен

И Управитель руль покинет, обретет покой
А сын купца власть переймет, вернувшися домой»

Ох, жажда власти заиграла в  царевой груди
Все поднялось в смятеньи, начало кипеть, бурлить внутри

И день и ночь наш царь сидит, не может есть и спать
Как было ему больно царство просто отдавать

И вспомнил он про ведьму, что жила в избушке той,
Где зверь не топчет землю, в чаще темною лесной
  
Решил насильно он оставить за собою власть
Знал царь –  против пророчества пойдет лишь темна масть

И севши ночью на коня, пока прислуга спит
Отправился за город он, как страх ему велит

И день и нощь все скачет царь, скрыв лик свой под плащем
Прикид надев простого смерда, мокрый под дощём

То тут то там он вопрошает –  ведьма где живет
Но нет людей, кто точно знает. Нет людей, кто врет

Ходил так долго управитель, и искал везде
Кого не спросит - жмут плечами, так неделю, две

Но страх в груди власть потерять все дальше вел царя
Хромого встретил он в канун  шестнадцатого дня

«Здрав будь – надежду потеряв, приветствовал его –
Не знаешь ль ты, где недалёко тетка тут живет,

Что может вылечить шептаньем. Зелья наварить
Которо молодца заставит навсегда любить

Знакома с чарами, и темны знает все дела
Скажи мне, знаешь ль ты такую, где живет, жила?»

«Ой знаю, дядько – отвечал царю калика тихо –
Прошу я вас - к ней не ходите, неберетесь лиха

Она ведь многих загубила, многих извела
Высокую цену отдашь за темные дела»

«Мне нет цены, что не смогу я в щедрости отдать
Ану-ка, парень, покажи мне, где ее искать»

«Нет прошу вас не ходите!» «Не тебе решать!
Если б знал, с кем говоришь, не стал бы мне мешать!

Ану живо, проведи к ней! Не то жизнь отдашь!»
«Видит Бог, предупредил я, выбор только ваш!»

Под руку хромого взяв, царь с конем пошли
До болот шли по тропинке, затем в лес вошли

Непроглядный там туман был, сырость и мороз
Пар со рта пошел, и покраснел враз царский нос

«Ну вот, пришли – простукав палкой, парень говорит
Вон там тропа, она сквозь чащу к хижине лежит

Там ведьма обитает. Страшны вещи там творит
Пожалуйста, не нужно...» «Делай как тебе велит

Сам царь! И не перечь. Он лучше знает, что к чему!»
«Да даже б если сам Господь, туда не путь ему»

«Беги отсюда, пока добр я, иди ты прочь!»
«Пусть Бог хранит вас, добрый царь!». Ушел калика в ночь

И тишина вокруг настала. Страшно стало вдруг
Пробрал царя насквозь в спине пронизливо испуг

И замер быстро он. С конем, как вкопанный, стоит.
Вокруг оглядкой смотрит робко, шагу не ступит

Какой сильнее страх? Тот, что от смерти отведет,
Иль страх остаться одному враз верх над ним возьмет?
  
И управитель раз ступил, держася за коня
Затем еще раз, и еще - куда тропа вела

И потихоньку, помаленьку вожжи в руки взяв
Пошел неспешно государь, опасливо ступав

И весь в царапинах сквозь чащу к хижине пришел
Искал так долго он ту ведьму, наконец нашел

Три раза постучав, вошел в скрипучу стару дверь
Она за ним сама закрылась, верь али не верь

«А я тебя, царь, жду» –  раздался голос с ниоткуда
«Кто здесь?» «А ты к кому пришел, не знаешь разве? Худо

По имени меня не называют средь людей
Меня не любят даже в царстве хищников-зверей

Пожаловал зачем?» «Явись, чтоб я тебя узрел»
По хижине разлился черный дым, глаза разъел

И показалась ведьма. С русой светлой головой
И стройна вся, сияет – образ в голове иной

У государя был. Не мог поверить долго он
Что это темных дел царица. Был он поражен

«Твое смятенье я предвижу – ведьма говорит –
Ну что? Красива? Аки пава? Так тому и быть!»

И рассмеявшись страшным смехом, в пляс пошла плясать
«Давай с тобою добрый царь безумно танцевать!»

«Нет, шалости ты брось! К тебе по делу я пришел
Искал тебя я долго очень, наконец нашел

Ты, только ты помочь мне можешь. Боль мою унять
И много заплатить готов я, щедро даровать

Брильянты с дальних стран. Аль злата дам с моей казны
Иль слитков пуд, дукатов горы – что захочешь ты»

«Не нужно мне ни слитков, ани злата горы. Но
Одна цена есть, что ты можешь дать мне. Лишь одно

Нельзя потрогать это, передать с рук в руки вновь
Хочу, чтоб дал ты мне всецело лишь свою любовь!»

Царь побледнел. Кругом пошла тяжела голова
«Нет, не могу я, ты конечно, стройна и мила...»

«Да нет же! – закричала ведьма – глупенький, не та
Любовь, что ты подумал, мне, желанная, нужна

Твое мне чувство нужно. То, что теплится в груди
В моменты радости и счастья расцветет внутри

Когда спадает локон дочки. Слышен смех дитя
Иль над водою на закате журавли летят

Вот ту любовь отдай» «Да как же можно без любви?
Как дальше можно жить, когда нет радостей земных?»

«Поверь, возможно. Если хочешь власть вернуть твою
То дашь мне то, что я желаю, глазом не моргнув»

Впал в думу царь. Не знает он, как дальше поступить.
Без власти – горечь. Но еще страшнее без любви 

На чашах перевеса нет для бедного царя
Хочет иметь и управлять он, но, притом, любя

Но суть того пророчества не может он принять
Супротив воли Бога он намерен идти вспять

В метаньи ум весь напряженный, пот идет с чела
Но страх свое взял. Сделан выбор –  бы́ла, не была́!

«Согласен я –  он отвечал –  смогу я без любви
Но только власть ты мне законну   вновь ко мне верни!»

И в тот же миг кружится стала ведьма вкруг царя
Все шепчет языком змеиным, и свистит она

Один предмет вдруг засверкал в руках, а после – два
Глядь в праву руку царь – блестит сребриста булава,

Глядь в леву руку - то горит держава царска, и
Переливаясь ярко вся, как отблески зари

И ведьма подошла вплотную с колбой из стекла
И из груди пропало чувство, вытекши туда

Вокруг царя все серым стало. Побледнел весь свет
Он спохватился было, но назад дороги нет

Горемычный он стоит, без чувства и без сил
Ярко власть в руках горит, но мир ему не мил

«Пока держава с булавой прибудут при тебе
Никто не сможет власть отнять» –  проговорив сие

Глотнула залпом ведьма с колбы всю любовь до дна
И враз еще похорошела, стала молода –

Вся кожа посветлела. Щеки – аки Солнце то,
И жизнью тело налилось, сияя красотой

«Ступай теперь. И мудро правь. Чтоб наше царство вновь
Прекрасно было, процветало. Чтоб была любовь

У тех, кому нужна  я буду!» Рассмеявшись враз,
Исчезла ведьма, хижина пропала в тот же час

Остался царь стоять средь чащи. Рядом верный конь
Вздохнувши грустно, сел верхом, отправился домой

 3.
Текут неспешно чисты воды в море-окиян
И омывают древний остров именем Буян

И дума льеться помаленьку, и течет в конец
Вливаясь в доброту, открытость ищущих сердец

Мы от Царь-Града птицей полетим за тыщу верст
И будем лицезреть всю красоту тех дивных мест:

Прекрасны горы-великаны, чудо из чудес
Их белы шапки снежны там касаются небес

А как красивы здесь закаты – там, на вышине
И каждый здесь покой найдет – внутри, а не вовне

Тут дух царит, и весь простор пронизан духом тем
И ток живой по телу там течет в той красоте

И там, в горах мы вмиг найдем  пристанище волхвов
А с ними в деревянном храме – девять пареньков

Что из Царь-Града вдруг исчезли в тот чудесный день,
Егда волхвы в него ступили, разгоняя тень

Царит покой. Обедний сон. И только сын купца
Сидит смиренно подле молодого деревца

Спокойствие и мудрость льются сквозь черты младые
Он созерцает тишь, скрестивши ноги удалые

Но вдруг весь побледнел он враз, вскочил – и побежал
В обитель главного волхва, где тот блаженно спал


За сердце держится рукой, и дышит невпопад
И льются слезы с очей юных, аки водопад

Три раза стукнув в кельи дверь, стоит юнец и ждет
Открыл ему мудрейший волхв, обнял и внутрь повлек

«Случилось что, родной мой мальчик? Что за весть принес?»
«Аз меру* изучал спокойно, вдруг в корне волос
* Мера – старослов. название медитации
  
Сдавило. Сердце закололо. Образы пошли
Беда с нашим царем случилась. От него ушли

Все силы, и любовь ушла. Как мертвый царь стоит
И на коленях просит он, помочь ему велит»

Ушел в себя премудрый волхв. И в думе пребывая
Кристалл хрустальный взял он в руки, часто потирая

«Скажи мне камень древний славный, у кого есть мочь
Спасти царя в беде лихо́й, способен кто помочь».

И светом ярко-голубым вдруг камень засиял
И образ показал юнца, что пред волхвом стоял

«Ты можешь лишь царя спасти» –  жрец тихо отвечал
«Ему ты нужен. Он полез туда, куда не знал

Врата открыты завтра на рассвете будут. И
В Царь-Град переместишься  с первым проблеском зари

И если чувствуешь, что сможешь - отправляйся в путь
Во благо царству сможешь ты любовь царю вернуть

Но если чувствуешь, что рано в свет бел выходить
То выбор твой. Твое решенье. Так тому и быть»

Задумался тут сын купца. Но вспомнил верно он
Чему его учили старцы, чем был научён

Остановивши мыслей ход, прислушавшись к себе
С открытым сердцем и в покое он обрел ответ.

«Как тая птица, что летает в страны разны, но
Всегда спешит в страну родную, и в свое гнездо

Так аз в кручине свой народ покинуть не могу
Небесной силой от беды его уберегу»

Кивнул похвально мудрый жрец, и улыбнулся вслед
«Ты чист и мудр, юный отрок, хоть немного лет

Тебе от роду. Ты готов. Все силы за тебя
Поддержка свыше от Творца к тебе идет. Любя

Ты сможешь все. И даже больше. Слушай сердце вновь
Ведь благом полное оно, и там царит любовь

Ну а теперь, сын, ты ступай к себе и будь готов
Мы проведем тебя, егда спадет ночной покров»

Внутри у мальчика смятенье. В думе он мирской
Безси́лен пре́д непо́знанным, как пред волной морской

Но добрая его душа идти вперед открыта
И собирать пожитки он пошел в свою обитель

И вот стемна, егда не видно  солнца еще было
Двенадцать старцев вкруг юнца ему давали силу

Шептали все они на дивном, древнем языке
Слова напутствия сказавши, повели к реке

Где чудные врата, вели людей, перемещая
Войдет кто – выйдет враз за тыщу верст с другого края

«Врата готовы. Чрез минуту прыгнешь во Царь-Град
Как твой настрой? Течет ли сила? Рад, али не рад?»

«Ой рад, учитель. Все сомненья с силушкой пропали
Аз выполню свой долг. Крепки мои все члены стали»

Лицом к вратам юнец стоит. А справа старец тот,
Хранит ключ каменный в руках. Стоит, молчит и ждет

И вот вдруг в отведенный час врата разлились светом
Как лава голубая в них искрилася просветом

Жрец вставил ключ. И повернул он с четвертью три раза
И стало видно башни, терема, хоромы, лазни

Отрок ступил в врата, и повернулся на прощанье
К учителям мудрейшим он. «До встречи!» «До свидания!»

«Всегда с тобой пусть будет Воля светлая Творца
С тобою сила Рода. Живы-Матери, Отца

Да будет свет!» «Да будет свет! Рассеет всю печаль!»
Юнец понесся молнией, перемещаясь вдаль

И башен позади Царь-Града он ступил на твердь
Закрылись позади врата. Захлопнулася дверь

Чтоб время не терять, уняв круженье в голове
Направился он к заднему проходу, аки тень

Вошедши в град, надев накидку, в царские покои
Пробрался тихо сын купца решительно и скоро

Глазам как будто невиди́м. Все стражи наяву
Его не разглядели. Он меж ними проскользнул

И очутился он в палате, там, где царь лежал
Измученный, худой в рубахе тот тревожно спал

Доставши флягу с торбы, и смочив чуть-чуть персты
Вплотную встал юнец и царски веки окропил

Проснулся тот в поту холодном, взбудоражен он
Хотел же было закричать – но силы был лишен

«Не бойся, царь, не враг тебе, ведь я пришел помочь
Не дам уйти тебе и царству в безпросветну ночь»

«Ты кто? Как очутился здесь?» «Я просто сын купца
К тебе пришел издалека из очень дальних стран

Ты звал меня. И вот я здесь. Ты много потерял
Любовь ушла, но не беда Юнец царя обнял

И полилась чрез руки сила, и чрез сердце вновь
Течет к царю лишь безусловна вся Творца любовь

Воспрянул государь. И рассмеялся, как дитя
«Сей силы хватит на чуть-чуть. Достаточно пока

Ну а теперь задам вопрос - не хочешь ли вернуть
То, что забрали. Са́му человеческую суть?»

«Ой, добрый молодец, хочу, не мила стала власть
Зачем владенья, блага все, коли не можешь встать

Любови нет, и чувств всех нет. Пропали без следа
И все равно, что видеть, зреть, что хлеб, а что – вода

Прикованным к постели наблюдаешь молча дни
Не променял б на это все сокровища Земли»

«Лишь ты помочь себе сумеешь, заново родится
И к Богу обратиться, попросить и помолится»

И покатились градом слезы с царевых очей
Упал он на колени пред постелию своей

И просит он, и умаляет, молится навзрыд
Подле него юнец в молчаньи с трепетом стоит

Вдруг в дальнем крае те́рема поднялся черный дым
И проявилась ведьма в красном пламени заси́м

Она шипит и наступает прямо на царя
Окутала покои темна безпросветна мгла

«Не бойся, государь. А постарайся полюбить
Страх отдаляет, а любовь велит объединить

Попробуй ведьму как себя всецело ты принять
И щедро ей Творца любовь священную послать»

Зеленый царь стоит, боится, морок кроет веки
Но что-то держит на ногах. Любовь не человека,

А Бога чувствует внутри, и повернувшись враз
Вплотную очутился с ведьмой с глазу он на глаз 

«Тебя я не боюсь. Не нужно власть, что ты далА
 Люблю тебя, велю тебе: верни то, что взяла»

Свет озарил покои. Он и тьма в одно слились
«Тебе что, мало? – ведьма закричала – Дай мне жизнь!»

И сможешь властвовать над царством мертвых и немых!»
«Хочу я лишь назад любовь, и жить среди живых!»

И засверкали вдруг в руках держава, булава
Метнул их царь прям в сердце ведьме. Вдруг пропала мгла

И свет полился золотой из ведьмы изнутри
Полупрозрачны вылетели белые шары

И полетев назад к владельцам, засверкали вновь
Вернулась к тем, кто свет забыл, всецело их любовь

А ведьма сморщилась, упала, почернела вся
В старуху из младой девицы обратилася

И испустив последний стон, вся превратилась в пепел
Мир вкруг как будто засверкал. Просторен стал и светел

Рассвет покои осветил, и светлый лик царя
Отрок держал его за руку радостно, любя

«Рад за тебя я царь премудрый. Смог ты победить
Не ведьму, и не тьму вокруг, а страх свой внутренний

Питалась ведьма лишь любовью, на том и жила
Однако ж люди сами шли на темные дела

Ну а теперь, прошедши мрак, любовь вернулась к ним
И каждый стал вновь мир любить, и миром стал любим

Теперь ты в полноте спроможен царством управлять
И благо будет в нем царить, и счастье даровать»

«То благо, что ты описал, случится не при мне
Ведь царство все и управление я даю тебе!

Велело так пророчество. Мне нужно на покой
Ты царь теперь, родной. Добро пожаловать домой!»

Заплакал юноша, не веря, полон радости
«Я обещаю благо несть, и тот закон блюсти

Что свыше нам дает Творец.» «Тогда уж решено!
Велико завтра будет торжество проведено!»

И закатили пир огромный. Чудо из чудес
В тот день улыбки было видно сверху из небес

Свершилось то, что было предначертано волхвами
Они же, к слову, были там почетными гостями

И я там был. И видел пир, и нового царя
А то, что сказано волхвами было того дня,

С которого история в зачине была эта
До сей поры имеет силу, до текуща лета

Ведь сказка – ложь, да в ней – намек. Меж строчек видно нам
То, что от посторонних глаз сокрыто тут и там
***

Я видел смерть. Не раз я был ей хитро одолен
Но ныне жив, предстал пред вами, заново рожден

И песнь сию пою я сердцем, сердцем я живу
Ветрами теплыми лесными  строчки тихо вью

И заплетаю щебет птиц и горный шум ручья
Тут нету никого. Тут тихо. Только вы и я
***
Михаил Волк

Любые фрагменты данного материала защищены авторским правом. Распространение приветствуется с обязательным указанием первоисточника.

Сайт: https://guworkshop.com/
Соцсети:
facebook.com/vibrogu
t.me/vibrogu
instagram.com/vibrogu
soundcloud.com/vibrogu